Анализ стихотворения В. В. Маяковского “Сергею Есенину”

Стихотворение Маяковского “Сергею Есенину” воспринимается как продолжение старого диалога. Эти два поэта спорили за первенство на “советском Парнасе” и при этом принадлежали к разным литературным группировкам: Маяковский – лефовец, певец пролетариата, а Есенин – крестьянский поэт, поддержанный московской богемой. Оба отличались крутым нравом в своих стихах, не раз жестоко полемизировали и друг с другом, и с прочими литературными противниками.

Стихотворение Маяковского на смерть Сергея Есенина призвано подвести итог

давней полемике.

Маяковский начинает разговор с Есениным с уважением и на равных, как в стихотворении “Юбилейное” – с Пушкиным. Поэт сдержан, но все же не может не оплакать смерть своего противника. Мотив “оплакивания” введен Маяковским по контрасту: стихотворение начинается с шутки, ясно указывающей на известное пристрастие Есенина к алкоголю как на причину его смерти . Но тут же следует трагическая отбивка: “Нет, Есенин, это не насмешка. // В горле горе комом – не смешок”.

Выражение горя принимает у Маяковского “деятельный” характер: он как будто пытается спасти Есенина, убедить его

“прекратить”, “бросить” . Но, не имея возможности предотвратить катастрофу, поэт не успокаивается: он пытается выяснить причину трагического поступка Есенина . Отвечая на этот вопрос, Маяковский ввязывается в борьбу не с Есениным, а с теми, кто судит его и “трется” вокруг него, с его противниками и поклонниками. По Маяковскому, и те, и другие врут, ничего не понимая ни в Есенине, ни в жизни. Первая версия, которую саркастически опровергает Маяковский, – это обычный упрек Есенину в отсутствии “смычки” с рабочим классом.

Здесь Маяковский, как опытный полемист, одновременно логичен и ироничен. Смог ли бы спасти Есенина рабочий класс – от пива и вина? Нет: “Класс – он тоже выпить не дурак”. Может быть, для Есенина оказалась бы спасительной опека литературной группы “На посту”? Нет.

Он верней бы умер от скуки, чем от водки. Ответом на вопрос у Маяковского становится парадокс: может быть, всему виной отсутствие чернил в “Англетере”? Неожиданно для своих читателей Маяковский отстаивает свободу творчества: важно не то, о чем ты пишешь и под чьим знаменем, а то, хорошо ли, искренне ли ты пишешь.

Есенин, без сомнения, писал хорошо и искренне, а значит, у него всегда должны быть чернила, поэта может убить отсутствие чернил. Парадокс следует за парадоксом: “Почему же увеличивать число самоубийств? // Лучше увеличить изготовление чернил”. За этими остроумными высказываниями стоит мысль тем более сильная в устах Маяковского. Поэту надо прежде всего дать возможность творить, не учить его, не травить – надо дать ему чернила и не мешать свободному стихотворству.

Собственно тема Есенина завершается четкой и емкой формулой, в которой подытожен творческий путь Есенина: “У народа, у языкотворца, // умер звонкий забулдыга подмастерье”.

Можно сказать, что при всей краткости это одно из самых точных замечаний о поэтике Есенина. И это показательно. Маяковский дает понять и критикам, и поклонникам Есенина, что только поэт может по-настоящему понять поэта. Больше о Есенине в стихотворении почти ни слова. Маяковский переходит к своей любимой теме – борьбе с мещанством.

Отдав дань большому поэту, он с тем большей силой начинает клеймить есенинщину, культ Есенина в мещанстве. Ему ненавистны многочисленные стихи памяти Есенина , “посвящений и воспоминаний дрянь”, собиновские романсы и вся та толпа, которая зарабатывает себе литературный капитал на имени Есенина. Дав очередной залп по “дряни” , Маяковский завершает стихотворение своим собственным кредо.

Чем живет поэзия Маяковского? Будущим. Скрытый упрек Есенину в том и заключается, что он и своими стихами, и своим поступком порвал с будущим.

Маяковский же, споря со своим соперником, провозглашает великую веру в грядущее и в очередной раз вступает в борьбу за него.

Для веселия // планета // наша // мало оборудована. // Надо // вырвать // радость // у грядущих дней.

В своем оплакивании Есенина и споре с ним Маяковский, конечно, не забывает о своей поэтической артиллерии: за сильным приемом следует еще более сильный. Это и неожиданная метафора с явным намеком на поэтику “Черного человека” , и гротеск , и парадоксальные силлогизмы . Как всегда, Маяковский щедр на неологизмы , аллитерации , внутренние рифмы , каламбурные рифмы . Маяковский не устает использовать приемы словесного “сжатия”, совмещать предмет и признак, минуя промежуточные звенья: “стихов заупокойный лом”, “трехпалый свист”. Не обошлось и без гротескной метафоры: “чтобы врассыпную разбежался Коган, // встречных увеча пиками усов”. Но самым эффектным приемом Маяковского становится финальная аллюзия из предсмертного стихотворения Есенина, полемически переиначивающая его смысл. У Есенина было: “В этой жизни умирать не ново, // Но и жить, конечно, не новей”, а у Маяковского стало: “В этой жизни помереть не трудно. // Сделать жизнь значительно трудней”.

Таков жизнеутверждающий финал стихотворения на смерть Есенина.






Беликов носил темные очки фуфайку.
Анализ стихотворения В. В. Маяковского “Сергею Есенину”

Categories: Сочинения на свободную тему