Живая легенда русского рока

Любая песня — как зеркало. Человек в ней видит то, что он сам из себя представляет… Борис Гребенщиков Рок-культура долгие годы была в России под запретом, она жила в подполье, в самиздате, за кадром официальной жизни. Это была своего рода эмиграция внутри страны: Молодые таланты, писатели, поэты, барды, как правило, работали в сфере коммунального хозяйства дворниками и сторожами, чтобы заработать себе на элементарное пропитание.

Сейчас на дворе новый век, новое тысячелетие. Издаются большими тиражами сборники стихов Высоцкого, Цоя, Макаревича,

Гребенщикова. Внешние и внутренние эмигранты получили право на жизнь.

Правда, иных уж нет, а те далече… Из всех «живых легенд» русского рока по-прежнему активен, пожалуй, лишь Борис Борисович Гребенщиков. Он концертирует, пишет новые песни, выпускает аудио-альбомы, ведет свой сайт в Интернете.

Вышла в свет антология песен группы «Аквариум» под названием «Тексты XX века». Я думаю, это все не случайно происходит. Планка духовного и интеллектуального уровня Гребенщикова всегда была и остается очень высокой. Его поклонники и слушатели отличаются не тем, что принадлежат одной возрастной или

социальной группе, нет!

Они объединяются по более «тонким» параметрам. Интересно, что Гребенщикова упрекали и продолжают упрекать за то, что он несет «заумь». Наверное, если бы он был просто поэтом, печатался в периодических изданиях, издавал сборники стихов, никому бы и в голову не пришло выдавать такое обвинение.

Сейчас даже школьная программа включает в себя изучение поэтов серебряного века, образный строй и язык которой не менее сложен. Но Борису Борисовичу не могут простить прежде всего того, что он позволил себе привнести высокую материю в мир массовой культуры, где установились свои законы и правила игры. Но вот уже тридцать лет БГ идет своей дорогой, даже не думая сворачивать на тропу шлягера. И это вызывает большое уважение к его личности. Как же все началось?

Когда, с чего?.. В одном из интервью БГ ответил на этот вопрос так: «Был серый будничный мир взрослых людей. Я уже был школьником. В этом мире ничего не происходило, кроме свар, ссор, получек, зарплат, быта, мытья тарелок… Я в школе еще пытался написать рассказ: мальчик долго едет из школы домой, засыпает в автобусе и пропускает свою остановку.

И ему снится, как он выходит из автобуса на последней остановке. А там светит солнце, и какие-то поляны, и лес. И вообще кайф… И водитель, под которым явно подразумевался Джордж Харрисон, говорит: «Ну, вот и приехали!» Этот рассказ я так и не написал, слава Богу. Но он точно выражает мое настроение тогда, в детстве и юности.»

Еще совсем молодым человеком Борис Гребенщиков вместе с другом основал рок-группу и назвал ее «Аквариум». Не раз предпринимались попытки описать историю «Аквариума», загоняя ее в хронологические рамки, но попытки эти были весьма неудачные, на что Борис сказал как-то: «Чтобы понять рок-н-ролл, надо уйти от времени, потому что оно описывает лишь внешнюю канву… Когда мы наводим на резкость во времени, мы получаем четкость внешних координат, а все остальное расплывается. А оно и является главным». Так что поговорим о главном.

Имя Гребенщикова всегда вызывало у говорящих о нем расширение зрачка и учащение пульса. И у тех, кем любим, и у тех, кто так и не смог его принять. Он — такой.

Он открыт — всем ветрам, всем словам, всему, что вокруг. Он символ Времени, мудрый и вездесущий. Порой непостижим, — жрец древнего Египта, загадочный и владеющий сакральными тайнами мира; порой прост и невнятен, — дитя, едва овладевшее первыми и главными словами. В каждое следующее мгновение он не равен самому себе. Моя работа проста — я смотрю на свет; Ко мне приходит мотив, я отбираю слова.

Всем известна песня «Поколение дворников» из альбома «Равноденствие»: Мы молчали как цуцики, Пока шла торговля всем, Что только можно продать, Включая наших детей. И отравленный дождь Падает в гниющий залив.

А мы еще смотрим в экран, А мы еще ждем новостей. И наши отцы никогда не солгут нам.

Они не умеют лгать, Как волк не умеет есть мясо, Как птица не умеет летать. Ложь — наше наследие. Многие десятки лет говорилось одно, а делалось другое.

И люди изучили правила игры. Но как объяснить их детям? И надо ли? Ведь еще в Евангелии было сказано: «Дьявол — ложь и отец лжи».

Ложь создает иллюзию реальности, завесу, заслоняющую свет. Отсюда все зло на Земле. Пока мы здесь и есть еще время делать движенья любви, Нужно оставить чистой тропу к роднику…

Свет, любовь, путь, тропа, небо, звезда — именно эти понятия являются краеугольными в мировоззрении Бориса Гребенщикова. Его лирические вещи сотканы из высоких вибраций и чистых энергий Духа. Стихи эти, напечатанные на бумаге, к сожалению, теряют одно неотъемлемое качество, — трепетный голос певца. Когда мы глядим на небо, Откуда должны придти звезды,

Когда мы глядим на горы, Откуда должна придти помощь — Ни новое солнце днем, Ни эта луна ночью Не остановят нас… Цитировать Гребенщикова для меня — дело нелегкое.

Когда знаешь его наизусть, целостно, взять и оторвать часть в доказательство тезиса — трудно. Во всяком случае, непривычно. Я держу в руках новую книгу «Аквариум.

Тексты XX века». Пролистывая ее, обнаруживаю, что, пожалуй, нет ни одной темы современной нашей странной жизни, о которой бы Гребенщиков не спел. Вот, например, перед нами своеобразная панорама русской жизни конца XX века в «Древнерусской тоске»:

У Ярославны дело плохо, ей некогда рыдать, Она в конторе с полседьмого, у ней брифинг ровно в пять, А все бояре на «Тойотах» издают «Play Boy» и «Vogue», Продав леса и нефть на запад, а СС-20 — на восток. Князь Владимир, чертыхаясь, рулит в море на доске, Я гляжу на это дело в древнерусской тоске. А вот тема «маленького человека», потерявшего себя в сумбуре современной жизни.

Мается, мается — жизнь не получается, Хоть с вином на люди, хоть один вдвоем, Мается, мается — то грешит, то кается, А все не признается, что все дело в нем.

Особая тема — тема войны с самими собой и своим народом. Я видел генералов, Они пьют и едят нашу смерть,

Их дети сходят с ума, От того, что им нечего больше хотеть. А земля лежит в ржавчине,

Церкви смешали с золой. И если мы хотим, чтобы было куда вернуться, Время вернуться домой. Не оставляет смутное ощущение, что БГ сам все сказал — и о мире, и о себе, и тем самым не оставил ни единого шанса гипотетическим критикам создать на его имени какой бы то ни было капитал. Но о чем хотелось бы все-таки сказать несколько слов, так это о поэтическом языке Гребенщикова.

Часто Борис Гребенщиков мастерски соединяет в одной фразе, одной строке элементы разных языковых слоев и стилей. Это смелое экспериментирование будоражит нервы, от него веет свежим ветром новизны… Так, в ткань лирического стихотворения он вводит компьютерный жаргон: У некоторых сердце поет, у некоторых — болит.

Он нажимает на «Save», а она нажимает «Delete». Приверженность буддизму наполняет тексты Гребенщикова философской лексикой. Если взять альбом «Кострома mon amour», тo увидим, как в его песнях наслаиваются друг на друга русские, тибетские, французские слова, отражая многомерный мир современного сознания.

Сай Рам, отец наш батюшка; Кармапа — свет души; Ой, ламы линии Кагыо — до чего ж вы хороши! Я сяду в лотос поутру посереди Кремля И вздрогнет просветленная сырая мать-земля. Но сквозь буддистское настроение у Гребенщикова прорывается настоящий русский вопль души, когда он поет о родине, о народе, уже столько лет несущем тяжелую ношу. Есть в буддизме жесткая практика отсечения привязанностей. Монах должен уединиться и созвать особой трубой голодных духов, которые, слетевшись, съедят его тело и выпьют всю кровь.

Так происходит полное очищение духа. Гребенщиков сравнивает Россию с таким монахом. Ох, мы тоже трубим в трубы, У нас много трубачей;

И своею кровью кормим Сытых хамов-сволочей; Столько лет — а им все мало.

Неужель мы так грешны? Ох. скорей бы солнце встало Над кладбищем моей родины… Гребенщиков полон сил и новых планов. Он ведет сайт в Интернете.

Здесь можно узнать о традициях чаепития, прочесть полезные советы от Лао Цзы, познакомиться с прозой Бориса Борисовича. «Иван да Данило» — мастерски написанная повесть-притча о русском житии-бытии. На том же сайте собирается «всем миром» информация о чудотворных иконах, сохранившихся в нынешней России. Свой рассказ о необыкновенной личности Бориса Гребенщикова мне хотелось бы закончить одной его строфой, загадочной и очень плотной по содержанию своему:

Итак, он поет, но это не нужно им. А что им нужно — не знает никто. Но он окно, в котором прекрасен мир.

И кто здесь мир и кто здесь окно?


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (1 оценок, среднее: 5,00 из 5)




15.3 внутренний мир человека сочинение рассуждение.
Живая легенда русского рока

Categories: Новое